Мы познакомились с ней в Кашиас. Это была чернокожая, пожилая женщина с седыми волосами, у нее был нежный голос, а на устах всегда слово поддержки. Но это было не все, у нее было что-то гораздо большее, я немного расскажу вам о важности ее жизни для меня.

Дона Эльза была самой пожилой служительницей в Церкви. Каждое утро она приходила на утреннее служение, она никогда не пропускала первое служение. Она была готова на все!

Она первая приходила в Церковь. Когда я приходил, чтобы открыть церковь, она уже была там, стояла у двери, ожидая войти в дом Божий. Иногда, утром еще было совсем темно, но дона Эльза в любую погоду стояла у двери, ожидая войти…

Когда она входила, первое, что она делала — это направлялась к Алтарю, преклоняла колени и молилась. Я могу точно сказать, из-за того, что каждое утро она начинала с такой жертвы, в те моменты, стоя на коленях, она наверняка молилась за меня, за евангелиста, за епископа, за людей, которые подходили к ней, молилась за то, чтобы могла стать полезной, чтобы спасти души для Царства Божьего.

Дона Эльза жила одна, у нее не было детей. Никого у нее не было. Она жила для Бога, жила для Его Служения.

Она была служительницей от всего сердца.

После молитвы у Алтаря, она готовила все для служения. Вечерю Господню, готовила все намерения для служения, всегда все делала с заботой и вниманием к малейшим деталям. Она общалась с людьми с удовольствием, нежностью и заботой.

Я помню, что она была самой пожилой, но всегда была самой первой в Церкви.

Очень часто, я и евангелист голодали — в то время Церковь как раз покупала телевизионную станцию Рекорд, тогда мы жертвовали, чтобы достичь чего-то большего от Бога — но дона Эльза, она была пенсионеркой, была верна Богу в десятине, но даже так, она всегда была готова помочь тем, кто нуждался. У нее никогда не было недостатка.

Одна деталь: В течение недели, они собирала яйца своих куриц, делала гоголь-моголь для всех нас.

Как часто она приходила в Церковь с едой для нас, у которой был прекрасный аромат! Она готовила для нас стол, а на столе лежала скатерть с надписью: «Господь — Пастырь мой, я ни в чем не буду нуждаться». Ее любви не было границ.

Однажды мы открыли церковь, но дона Эльза не ждала у дверей. В тот день я не видел, как она молится у алтаря и как она готовит все к служению.
Нам ее не хватало, и это показалось нам странным.

Несколько дней спустя, мы нашли дону Эльзу у нее дома, как обычно, на коленях, но больше ее там не было. Она умерла в молитве.

Она наверняка молилась за служение, которое так сильно любила, за епископов, пасторов, за меня, за вас.

Мы скучаем по ней.

Та забота, внимание, посвящение Божьему Служению, Церкви, внимание, которое она уделяла людям в церкви.

Дона Эльза была мамой, ангелом, который заботился о нас.

Ей было 80, когда она покинула нас.

Знаете, с доной Эльзой было проще проходить через ежедневную битву.

Одна незабываемая фраза доны Эльзы: «Пастор, тот, кто стоит на коленях, не может упасть».

И она не упала!